Искусственный завет [litres] - Вадим Юрьевич Панов

Они помолчали. А затем Раджан решил вернуться к главной теме разговора и негромко прогудел:

– То есть ты на сто процентов уверен, что твою сестру заказал Нарцисс Дигиталис?

– Да, – жёстко ответил Граф.

– В таком случае я должен с ним пообщаться. – Раджан завёл двигатель. – Я смотрю за ним через Сеть и знаю, что Дигиталис закончил прогулку по бульварам и направляется домой.

– Сейчас разгар дня, – тихо сказал Лаврентий.

– У меня на руках разрешение на проведение оперативного усиления с открытой зоной применения, – ответил Раджан. – Заместитель Хан выписал его на случай, если наш основной план не сработает. Разрешение даёт мне право брать под контроль целые районы.

Залезать в любые устройства и извлекать из них любую информацию. Или стирать её.

– Термин «открытая зона» означает, что ты можешь вписать в директиву любой район?

– Да.

Несколько секунд Граф молчал, а затем решительно произнёс:

– Да.

И Раджан направил пикап к дому знаменитого архитектора.

///

– Не ожидал, заместитель Хан, – пробормотал Бадаара, вскакивая с койки. Он действительно растерялся при появлении руководителя московского филиала сетевой разведки, но при этом не удержался от шутки: – Извините, не могу даже кофе предложить.

И провёл рукой по голому, лишённому волос черепу.

– Ничего, я ненадолго.

– Догадываюсь.

Бадаара помялся. И вдруг подумал, что невысокий и пожилой Хан вошёл в камеру к молодому и находящемуся в неплохой физической форме мужчине совершенно один, охрана осталась за дверью. Не боится? Знает, что Бадаара не нападёт? Уверен в себе? Наверное, последнее, поскольку выглядел Хан крепким, а двигался свободно и весьма энергично. Связываться с ним Бадааре не хотелось.

– Вас называют самым опасным преступником планеты, господин Бард, – негромко сообщил Хан. – И самым жестоким.

– То есть моя репутация навсегда и безнадёжно испорчена?

– Не переживайте, господин Бард, официального подтверждения того, что задержаны именно вы, сетевая разведка до сих пор не дала. А сплетники пусть говорят что хотят.

– Почему? – заинтересовался Бадаара. – Неужели вы не считаете меня самым опасным преступником планеты?

– Не доказано, – пожал плечами Хан.

Несколько мгновений Бард размышлял над ответом, а затем с чувством произнёс:

– Спасибо.

– К тому же Лаврентий и Раджан считают, что вас подставили.

– Вы им доверяете?

– Я доверяю всем, кто служит в сетевой разведке или работает на сетевую разведку.

– Вы говорите о большом количестве людей.

– Верно подмечено, господин Бард, – людей.

– Весьма нетолерантное заявление, заместитель Хан, если, конечно, я вас правильно понял.

– Вы знаете, что поняли правильно, господин Бард, – с нажимом ответил старик.

– Вы отказываете нейрам в праве называться людьми?

– А они хотят?

– Не понимаю, – окончательно растерялся Бадаара.

– Вы помните, как назвали нейров, когда они появились? – Хан едва заметно улыбнулся. Вглубь камеры он не вошёл, остался стоять у дверей, но и оттуда ухитрялся смотреть на задержанного мозгоправа в упор. Едва не придавливая взглядом к стене.

– Ну… нейрами… – ответил сбитый с толку Бадаара.

– С тех пор прошло не одно десятилетие, мистер Бард, кто-нибудь из нейров потребовал называть их людьми?

– Но ведь они… – Бадаара замолчал.

– Они – другие? – уточнил Хан.

– Да.

– Иная форма жизни?

– Пожалуй.

– А задача любой формы жизни – выжить, размножиться, занять пространство и доминировать на нём.

– Вы говорите о людях? – криво улыбнулся Бадаара.

– Я говорю о любой форме жизни. – Шутки Хан не принял. – Мы создали новую форму жизни, господин Бард, пусть искусственную, но тем не менее именно форму жизни, и более того – разумную. Мы её создали, потом отдали ей Сеть, а теперь планируем отдать весь мир. Я не считаю это правильным.

– И только вы стоите на защите человечества.

Бадаара пытался иронизировать, но получилось так себе, во всяком случае, собеседник не оценил и подтвердил серьёзно:

– Вот вы и поняли, господин Бард, за что ненавидят сетевую разведку.

– За то, что вы считаете нейров врагами?

– За то, что мы делаем всё, чтобы люди не стали нейрам врагами, а нейры – людям. За то, что мы пытаемся не позволить новой, молодой и потому агрессивной форме жизни вытеснить старую.

– Вы верите, что они вытесняют? – прищурился Бадаара.

– А вы попробуйте поразмышлять на эту тему, – предложил Хан. – А потом поделитесь со мной результатами размышлений. – Он повернулся к двери, явно намереваясь выйти, но задержался и бросил через плечо вопрос: – Господин Бард, почему вы решили примкнуть к «Миру людей»?

– У меня гены хоть изуродованные, но человеческие, а машины мне совсем не родственники, – тихо ответил Бадаара. – Я чувствую запахи, различаю напитки на вкус, ощущаю презрение и одновременно – страх окружающих, а иногда стыжусь того, что делаю.

Хан кивнул, показав, что услышал именно то, что рассчитывал услышать, и вышел из камеры.

///

– Он тебя послал? – спросил Дигиталис, пытаясь одновременно включить сигнализацию и подать сигнал бедствия на полицейскую волну. Пытаясь позвать на помощь хоть кого-нибудь, потому что мгновенно понял, для чего в его квартиру вошёл высокий роботех.

И ещё понял, что помощи не будет, потому что Сеть в его квартире не подаёт признаков жизни.

– Это было обоюдное решение, – негромко ответил Раджан.

– Неужели?

– Ты слишком далеко зашёл.

– Это какая-то дикость, – выдохнул Нарцисс. – Я никуда не заходил! Но я действительно люблю его сестру и периодически приглашаю её на обед или ужин, но никогда не позволял себе ничего лишнего или оскорбительного.

– Ты нанял мозгоправа, чтобы заставить Крис загрузить SLR и одновременно развить в ней синдром Утраты.

– Ты сдурел? Или он сдурел? – Дигиталис похолодел, не понимая, как Лаврентию удалось залезть в его мысли. В мечты, которыми он ни с кем не делился. – Да я бы ни за что…

– Ты оплатил услуги мозгоправа и стёр свой визит к нему из памяти. Могу назвать дату, когда с твоего счёта под благовидным предлогом исчезла очень крупная сумма. – Раджан помолчал. – Но самое поганое заключается в том, что ты приходил к одному и тому же посреднику три раза. В первый раз он принял заказ, а затем просто стирал тебе память о визите и отправлял восвояси. Три раза за пять месяцев… ты одержим, Нарци. Ты опасен.

– Я её люблю, – взвился Дигиталис. – Люблю! Я не знаю как, но я её люблю. Страсть передалась мне от Нарцисса, которого она довела до синдрома Утраты, а меня, получается, до твоей пули. Она во всём виновата, ты это понимаешь?! Как ты можешь не понять… Крис убила нас обоих из-за того, что мы оба её обожали. Мы оба. Мы… – Нарци посмотрел на Раджана, понял,